Я - снайпер. В боях за Севастополь и Одессу Л. Павличенко

12.03.2015 Фома 5 комментариев

У нас вы можете скачать книгу Я - снайпер. В боях за Севастополь и Одессу Л. Павличенко в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Однако я помнила полет на планере, который изрядно поколебал мою веру в собственные возможности, хотя в юности — что скрывать! Кроме того, я считала завлекательные речи Кущенко обыкновенным волокитством.

Мой небольшой, но суровый жизненный опыт подсказывал: Однажды дело было на комсомольском собрании мне надоело слушать его сказки. Я ответила Федору в ироническом тоне. Ребята, сидевшие вокруг, оценили мою шутку и начали громко смеяться. Наш комсорг в тот момент читал довольно скучный доклад о работе членов ЛКСМУ по досрочному выполнению цехового квартального плана. Он принял этот смех на свой счет и почему-то очень рассердился. Возникла словесная перепалка между ним и некоторыми присутствующими в зале комсомольцами.

В ней применялись красочные эпитеты и неожиданные сравнения. В конце концов, комсорг выставил за дверь меня и Кущенко, как зачинщиков скандала. Ошеломленные таким финалом, мы с Федором двинулись к выходу. Рабочий день уже кончился, наши шаги гулко отдавались в пустынном коридоре. Тир находился на охраняемой заводской территории, прилегающей к главному зданию.

Наверное, когда-то это был склад — приземистое, длинное строение с зарешеченными окнами, расположенными почти под крышей. Там имелось помещение со столами, стульями и школьной доской на стене для теоретических занятий, небольшая оружейная комната с запирающимися на замок шкафами для винтовок и пистолетов, сейф для хранения боеприпасов, огневой рубеж, позволявший стрелять с упора, с колена, стоя, лежа на матах.

Толстые деревянные щиты с мишенями отстояли от него на двадцать пять метров. Существуют подробные инструкции, которые рассказывают, как надо обращаться с огнестрельным оружием.

Конечно, Кущенко мог бы сперва поговорить о них. Однако он поступил по-другому. Просто передал винтовку мне и сказал:. Но это ружье не тянуло и на три с половиной килограмма. При моей привычке устанавливать для обработки на станке порой весьма громоздкие детали не пришлось даже прилагать усилие, чтобы его поднять.

Приятна была и холодноватая твердость металла на его стволе и ствольной коробке. Рукоять затвора, отогнутая вниз, говорила о том, что конструкторы позаботились об удобстве для человека, владеющего этим оружием.

Тут все сложилось удачно. Затылок приклада уперся в плечевую впадину, кистью правой руки я свободно обхватила шейку приклада и положила указательный палец — а пальцы у меня длинные — на спусковой крючок между первой и второй фалангой. Осталось, наклонив голову направо, щекой прижаться к гребню приклада и открытым правым глазом посмотреть на мушку. Она проходила точно посредине прицельной планки и виднелась ровно на всю свою величину.

Раздался громкий звук, точно по железному листу хлестнули прутом. От неожиданности я вздрогнула. Винтовка снова оказалась у меня в руках. К тому же по совету Федора я крепко прижимала ее к плечу, так что никаких неприятных ощущений не испытала. Кущенко позволил мне выстрелить еще три раза, а потом пошел посмотреть на мишень. Он принес этот бумажный лист с черными кругами к огневому рубежу, где я не без волнения его ожидала, внимательно посмотрел на меня и произнес:.

Никогда раньше я не видела Федю Кущенко таким серьезным…. Начинали с того, что подробно изучали устройство малокалиберной винтовки, разбирали и собирали затвор, привыкали тщательно ухаживать за оружием: В комнате с черной классной доской у нас проводились занятия, на которых преподавали основы баллистики.

Так, я, к своему большому удивлению, узнала, что пуля летит к цели не по прямой линии, а из-за инерции движения, воздействия на нее силы тяжести и сопротивления воздуха, описывает дугу, да еще и вращается при этом. Она началась в ХIV веке с ружья с фитильным замком, когда развитие техники впервые позволило использовать метальные свойства пороха, затем появились и получили широкое распространение ружья с кремнево-ударным замком, затем — с капсульным замком.

Но поистине революционный переворот случился в конце ХIX века: Вообще ручное огнестрельное оружие представляется мне совершеннейшим творением ума и рук человеческих. При его создании всегда использовались самые новые изобретения. Технологические решения, необходимые для его изготовлении, быстро оттачивались и доводились до производства, измеряемого тысячами и миллионами штук. В наиболее удачных, заслуживших мировое признание образцах, инженерный гений находит свое воплощение в идеальной, законченной внешней форме.

Их приятно взять в руки, удобно ими пользоваться. Они заслужили любовь людей, которые пошли с ними на войну, невероятную по своей жестокости. Мы упражнялись в тире, поражая мишени из положения стоя, лежа, с упора, с колена с применением ремня, пропущенного под левую руку. При такой простоте устройства она тем не менее помогала выработать основные навыки стрелка: Эти нормативы мы успешно выполнили и затем приняли участие в городских соревнованиях Осоавиахима по пулевой стрельбе.

Эта массовая добровольная общественная военно-патриотическая организация появилась в нашей стране в году и сыграла большую роль в подготовке юношей и девушек к службе в армии.

В ней насчитывалось около 14 миллионов человек, которые обучалась в первичных организациях этого общества, осваивая военные специальности от летчиков и парашютистов до стрелков, пулеметчиков, водителей автотранспорта, дрессировщиков служебных собак. Почетную грамоту, заработанную на соревнованиях Осоавиахима, я поместила в рамку под стекло и с гордостью повесила ее на стену в нашей с Валентиной комнате. Ни моя сестра, ни мои родители всерьез к моему увлечению стрельбой не относились.

При наших домашних беседах они любили подшутить над моей страстью к оружию. Я же не могла внятно объяснить им, какая сила влечет меня в тир или на стрельбище, что притягательного есть в предмете, снабженном металлическим стволом, деревянным прикладом, затвором, спусковым крючком и мушкой, почему так интересно управлять движением пули к цели….

В конце года по комсомольской путевке я попала на двухнедельные курсы чертежников-копировщиков, окончила их с отличием и начала работать в механическом цехе старшим чертежником. Эта работа мне нравилась. Конечно, она отличалась от труда токаря— станочника, но также требовала сосредоточенности и аккуратности.

Станки гудели за стеной, а мы в нашем бюро, в тишине, среди кульманов и свертков ватмана, занимались сверкой чертежей, подготовкой их для передачи производственникам.

Отношения в коллективе были теплыми. Мое увлечение пулевой стрельбой здесь восприняли с пониманием…. Проведя почти четыре года в его стенах, я получила две специальности, привыкла работать на предприятии оборонной промышленности, где существовала полувоенная дисциплина, повзрослела, почувствовала себя человеком, способным отдавать себе отчет в своих намерениях и поступках, добиваться поставленной цели.

Заводская комсомольская организация также помогла мне перейти к новому этапу жизни: Потом еще год работала в токарном цехе и по вечерам училась. Затем успешно сдала экзамены и в сентябре го стала обладательницей студенческого билета исторического факультета КГУ. Таким образом, моя детская мечта исполнилась.

Правда, на нашем курсе я была, наверное, самой старшей из студенток. Любовь понарошку, или Райд Эллэ против! Гранит науки и немного любви.

Авантюра с последствиями, или Отличницу…. Пиковая дама и благородный король. Запасной выход из комы. При использовании материалов библиотеки ссылка обязательна: Текст книги " Я — снайпер. В боях за Севастополь и Одессу ". Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом. Перейти на страницу книги. Людмила Михайловна Павличенко Я — снайпер. Полная и подлинная биография героини читается как увлекательный роман. Комсомольцы должны были агитировать за скорейшее открытие второго фронта в Западной Европе… Несмотря на запрет, Павличенко вела на войне дневник.

Перейти на страницу книги "Я — снайпер. В боях за Севастополь и Одессу". От Пекина до Берлина. На берегах Горыни и Случи Автор: Рассвет над Киевом Автор: Наш человек из двадцать первого века попадает в тысяча девятьсот сорок первый год, в…. Всегда помни — если ты безродная сирота, ты будешь виновата, даже когда просто уклонилась….

Когда-то он был снайпером и одним из лучших чистильщиков Убежища…. Меня зовут Халли Эрпи, я обычная студентка академии магии, почти без средств к…. Информация, переданная им Сталину, в…. Древний и опасный враг. Он очень силен и могуществен.

С запретной и грозной…. Каждая история когда-нибудь заканчивается. Бывшему командиру й пограничной заставы по…. Одним прекрасным утром я получила в наследство дом. Карильским близнецам, видимо, на роду написано постоянно ввязываться в авантюры и….

Красавица Анна Лакрицина, капризная и изнеженная дочь состоятельных родителей, в день…. Своему дару она не рада, ведь у адептов смерти почти не бывает…. Агния Выжга очень хотела поступить в Академию магии. Почему бы и нет? Плохо демону, которого призвал человеческий маг: Сестры Вероника и Зинаида не общались пять лет!

И вот встретились… в морге. Все студентки магической академии в волнении: Что делать, если, открыв поутру глаза, ты видишь над собой не знакомый потолок, а…. За день до назначенной даты сноса дома на Принсесс-стрит Мэнди Кристал стояла у забора из…. Ксюша, Полина, Стас и компьютерный гений Митька — все они совершенно разные, но их…. Да и не каждый день снайперу удавалось взять в руки карандаш или ручку.

Бои в Севастополе отличались упорством и ожесточением. Выйдя в отставку в году в звании майора береговой службы ВМФ, Людмила Михайловна вспомнила о своих фронтовых записях. Будучи по образованию историком, она серьезно относилась к мемуарам и считала, что публикация их потребует длительной работы в библиотеках и архивах. Первый шаг к этому она сделала в году, когда по заказу Госполитиздата написала небольшую документальную брошюру 72 стр.

Но это были не воспоминания о снайперской службе, а скорее обобщенный рассказ об основных событиях, которые разворачивались на переднем крае и в тылу Севастопольского оборонительного района с октября го по июль года.

После этих публикаций Л. Павличенко в году приняли в Союз журналистов СССР, где она стала секретарем военно-исторической секции московского его отделения. Тесное общение с коллегами по перу, активное участие в военно-патриотическом воспитании подрастающего поколения привело ее к мысли о том, что книга, написанная старшим сержантом, командиром взвода сверхметких стрелков с достоверным рассказом о многих деталях и подробностях пехотной службы, может быть интересна современному читателю.

К концу х годов стали выходить в свет не только воспоминания крупных военачальников об удачных операциях Советской Армии в и годах, но и правдивые рассказы командиров и политработников Красной армии о трудном, даже трагическом начале Великой Отечественной войны. К числу таких книг можно отнести воспоминания И.

Воениздат, , где поместили свои статьи бывший командир й Чапаевской дивизии Т. Коломиец и сослуживец Л. Павличенко, бывший комсорг го полка Я. Васьковский, мемуары рядового участника Одесской обороны Н. Теперь ей хотелось написать именно о службе снайпера на фронте и подробно обо всем, что связано с этой воинской профессией: В 40—е годы разглашать подобную информацию не разрешалось. Однако без нее повествование о борьбе сверхметких стрелков с противником был бы неполным.

Помня о прежних инструкциях, Павличенко тщательно подбирала материал, искала лучшую литературную форму для своей рукописи. Ей стало ясно, что двадцать лет, прошедшие с окончания Великой Отечественной войны, никак не способствуют скорому воплощению замысла. Многое вспоминалось с трудом, многое из записей оказалось утраченным.

Кроме того, немало ценных документов и фотографий из своего архива, а также — личных вещей она уже передала в музеи: К сожалению, тяжелая продолжительная болезнь помешала знаменитой героине вовремя завершить работу и увидеть мемуары снайпера опубликованными. Летом года в жизни нашей семьи произошла значительная перемена. Из захолустного городка Богуслав, что лежит на юге Киевской области, мы переехали в столицу Украины и поселились в служебной квартире, предоставленной моему отцу Михаилу Ивановичу Белову.

Он, будучи сотрудником Народного комиссариата внутренних дел НКВД , получил должность в центральном аппарате этого ведомства в награду за добросовестное исполнение своих обязанностей. Человек он был основательный, строгий, преданный службе. Демобилизовался из Красной армии в году, в возрасте 28 лет. Но привязанность к военной форме сохранил до конца дней, и мы по большей части видели его в одной одежде: Естественно, что последнее слово при семейных спорах — если таковые и случались — оставалось за папой.

Но моя добрая матушка Елена Трофимовна Белова, выпускница женской гимназии в городе Владимире, умела смягчать суровый нрав отца. Она была красивая женщина с гибкой, словно точеной фигурой, с пышными темно-каштановыми волосами и карими глазами, которые освещали ее лицо каким-то необычным светом. Она хорошо знала иностранные языки и преподавала их в школе.